Куда бегут из Калифорнии, или Славянские амиши Америки

4334

Из Южной Каролины я направился в Миссури, где в глубине штата наткнулся на общину славян-выходцев из стран СНГ и бывших республик СССР. Прежде чем переехать сюда, в американскую глубинку, они довольно долго прожили на Западном побережье США – преимущественно в Орегоне и Калифорнии. Сегодня в ничем не примечательном селе Среднего Запада рядом с настоящими американскими амишами и потомками местных индейцев проживает около полутысячи русскоязычных жителей. Сначала они бежали в Америку от безбожного коммунистического режима, а сегодня бегут из Америки от развращённой государственной системы и пагубности современной бездуховной культуры.

Дауншифтинг по американски

Когда-то сбежавшие от безбожных коммунистов, а затем разочаровавшиеся и в бездуховных Штатах, жители забытого Богом села в Миссури сегодня занимаются в американской глуши сельским хозяйством и скотоводством. Кто-то разводит овец, кур и крупный рогатый скот, кто-то выращивает сельскохозяйственные культуры, а кто-то работает в сфере грузоперевозок и строительства.

Минув Национальный заповедник Марка Твена на юге и индейскую резервацию на севере Миссури, проехав несколько поселений настоящих американских амишей, я наконец добрался до самого центра штата, где у моего смартфона внезапно пропала связь. Немного помыкавшись по просёлкам, я выбрался на одну из деревенских дорог, где, кое-как объезжая огромные лужи и грязь, вырулил на финишную прямую.

Я зря переживал – “Гугл” мне не понадобился. Единственная в районе деревенская дорога вывела меня прямо к белому зданию церкви с зелёной жестяной крышей. Я припарковал машину у церковного крыльца и направился к небольшой палатке, стоявшей тут же, рядом с церковью. В палатке, скрываясь от палящего солнца, сидела бабуся в русском расписном платке и со спицами в руках – прямо Россия, Саратовская область, деревня Берёзовка.

Разговорившись с престарелой женщиной, я выяснил, что та несколько лет назад переехала из калифорнийской Ранчо Кордовы в Миссури, чтобы воссоединиться с церковью, пастором которой являлся её давний знакомый из одной из республик Азии. Фотографироваться бабуся наотрез отказалась, однако долго и трепетно рассказывала мне о своих родственниках и знакомых, сгубленных “за веру” в застенках КГБ и ГУЛАГа в советские годы. Смиренно выслушав долгую историю борьбы сектантов с советской властью, я решил пройтись по домам.

В первом строении – простеньком дешёвом трейлере голубого цвета с фундаментом из белого кирпича – меня встретила семейная пара, которая за последние 30 лет успела пожить в Украине и Орегоне, а затем двинулась исследовать глубинку Америки.

По словам хозяина дома, чем-то напоминающего простое сельское жилище Юга России, семья убежала с Запада США, чтобы наслаждаться здешней свободой и раздольем.

Здесь вольно дышится!

“Здесь просто немножко легче жизнь, можно хозяйством заняться, детям очень интересно – они здесь детство видят, – поделился отец семейства, – не то, что вышел, а там – полицай или что-то… Здесь вольно дышится!”

Хозяин показывает мне гусей, голубей и даже фазанов, которых он разводит “для американцев”. Мясо этих птиц весьма ценится у местных жителей. Рядом с импровизированным домом выходца из Украины поселились его родственники: говорят, что славяне намеренно выкупают всю землю вокруг (благо, что в Миссури она очень дешёвая), не позволяя чужакам (то бишь американцам) селиться рядом.

Как рассказал мне один знакомый из Южной Каролины, делается это с целью сохранения приватности личной жизни. Переехавшие с побережья иммигранты не желают бодаться ни с властями по поводу бытовых правил, ни со Службой защиты детей, которая, по мнению переселенцев, всегда сует свой длинный нос не в свои дела. Кроме того, выходцы из различных стран СНГ зачастую не позволяют селиться рядом с ними даже местным “Смитам” и “Джонсам”, чтобы они не стучали властям на их мелкие грешки.

“У каждого из них – грузовик с трейлером, который стоит под домом, бывает, тут же его ремонтируют на земле, зачем это предавать огласке?” – сказал знакомый.

Покупали верующие 200 акров земли сразу, вскладчину, не повидав угодий своими глазами и даже не имея на руках точного адреса.

“Мы переехали из Орегона в 1997 г. одними из первых, – вспоминает Евгений, чей трёхэтажный дом расположился под горой в конце единственной в деревне дороги, – без электричества, без плана, одной бензопилой построили дом, я пилил, дети забивали гвозди. Буквально за день мы ставили одну стену”.

За три акра земли семья Евгения заплатила 2 200 долларов, и ещё в 15 000 обошлась постройка дома.

В школах Миссури практикуют физические наказания детей

Дети посещают школу, где учителя до сих пор имеют право физически наказывать воспитанников за нарушения дисциплины или невыполнение домашнего задания. Правда, как мне сказали, делается это не розгами, как это описывает Марк Твен в “Приключениях Тома Сойера”, а с помощью небольшой деревянной лопатки. Учитель и весь коллектив учебного заведения должны быть людьми верующими – таковы были основные требования родителей для обучения славянских детей. Поэтому для сохранения малолетних чад от тлетворного влияния мира родители проголосовали и выбрали подходящую христианскую школу в близлежащем городке Уиллоу Спрингс, куда учеников каждое утро отвозит школьный автобус. Ранее у иммигрантов была своя собственная школа на базе церкви, однако её пришлось закрыть, так как она требовала слишком много усилий и средств.

По теме: Русское православие ширится в Северной Калифорнии

“Большинство детей в школе – русскоязычные, им даже русский язык преподают”, – заключает не назвавший своё имя отец семейства.

На вопрос, как называется церковь, житель первого дома, слегка задумавшись, ответил: “Home of God, по-моему…”

Почему люди бегут из Калифорнии, или Зависимость от компьютера

“Субботствующие мы”, – уточнил бородач, едва я переступил порог Дома Божьего, где на доске объявлений у входа я прочёл молитвенную нужду: “Саша, 25 лет. Зависимость от компьютера”.

В церкви как раз проходило предпасхальное богослужение. Собравшихся в будний день было немного – человек двадцать с детьми. Молодой проповедник говорил что-то о пресном хлебе и пресной жизни, сравнивая “отделение для Господа” с “мирской жизнью во грехе”. Причем делался явный упор на предпочтение первого над вторым. Дети хором пели песни о рае за облаками и посматривали в окно, где на лужайках беспечно паслись коровы и козы. А затем, раздражая своих духовных наставников, со скучающим видом ёрзали на лакированных церковных скамьях.

Праздничное богослужение завершилось дружной молитвой “Отче наш” и разбором зонтов. Здесь, как, впрочем, и по всей территории Великих Равнин, погода меняется как настроение женщины в определённые дни – пока дети пели “Осанну”, за окном начался ливень.

“Целью переезда сюда было сохранение наших детей в этой стране, – рассказал мне после служения пастор общины субботников Николай Гантюк. – Я считаю, что этой цели мы достигли, а вот заповедь о евангелизации этого мира мы не соблюли – к сожалению, люди замкнулись в созданном нами сообществе”.

По теме: Как бросить курить – из опыта калифорнийских баптистов

Николай одним из первых переехал сюда из Портленда в 1995 г., когда община приобрела землю. До этого он со своей женой Ангелиной жил в Германии, куда в свою очередь иммигрировал из Таджикистана сразу после развала Советского Союза. В церкви он служит пастором на добровольных началах, не получая за это денег, а лишь из-за любви к пасторскому делу. В будние дни он трудится руками – работает на стройке, как и многие жители региона.

Преступности здесь практически нет

После богослужения, порассуждав немного о бренности мира сего, подошедший ко мне в начале бородач пригласил меня к себе домой. Хотя “домой” – это громко сказано: мужчина с женой и четырьмя детьми проживает на опушке леса в скромном трёхкомнатном трейлере. Вскоре в семействе ожидают появление пятого ребёнка.

На пороге дома церковный активист хвалится двуствольным дробовиком марки “Ремингтон”, с помощью которого он по ночам отпугивает койотов.

“Но на человека у меня рука не поднимется, – предугадывая мой вопрос насчет библейского “не убий”, отвечает мужчина, – разве если по ногам стрелять буду…”

Преступности здесь практически нет. Дома и машины оставляют не запирая на ключ.

“Да и нечего брать у нас – небогато живем”, – басит у меня над ухом бородач.

Бородач не любит фигурировать в интернете, поэтому просит не фотографировать его и не снимать его семью на видео.

Массовой эпидемии наркомании и алкоголизма среди детей верующих родителей как это наблюдается в регионах Портленда, по словам местных жителей, здесь нет. Наркоманов и тунеядцев быстро вычисляют и принимают соответствующие меры по ограждению общества от их тлетворного влияния.

“Мы не в Сакраменто, где гуляет и безудержно распутничает молодежь”, – кивая на перламутровый кабриолет, который я припарковал перед церковью, поддевает меня бородач.

$400 месяц за 50 акров с лесом, полем и прудом

После короткой беседы о вреде Фейсбука и захвативших в Калифорнии власть гомосексуалистах мы вышли во двор, где на милю не было ни души, а вокруг – кромешная тьма, звёзды и мириады светлячков, мелькающих тут и там.

“Всё, что видишь вокруг – моё, земля, луг и даже лес, – сказал бородач, указывая на едва виднеющиеся в сумраке деревья, – за 50 акров я плачу $400 в месяц”.

“0.5 или 50?”, – удивленно переспросил я.

По теме: Жителей Сакраменто позвали в Архангельск

“50, пять-ноль”, – уточнил бородач.

В Калифорнии он был бы точно миллионером. Именно так я и сказал бородачу, покидая его усадьбу с трейлером в сопровождении мерцающих светлячков.

Далее я иду вверх по улице, по дороге встречаю заканчивающих приусадебные работы стариков и веселящихся на траве детей – молодежи здесь почему-то мало. Старики вежливо здороваются, охотно делятся своими иммигрантскими историями, а дети с любопытством засматриваются в мою сторону и боязливо, как козочки, убегают от фотоапарата.

Органическая еда и полное отсутствие мяса

В конце улицы натыкаюсь на дом с небольшим заброшенным прудом во дворе, где стоит странного вида сооружение наподобие водяной мельницы. Озадачившись увиденным, я спросил хозяев о предназначении этого странного сооружения. Хозяин принялся объяснять смысл работы этого гаджета, в результате чего наша беседа о “вечном двигателе” затянулась глубоко за полночь, и они неожиданно предложили мне переночевать в деревне:

Я поймал себя на мысли, что впервые за всё моё трансконтинентальное путешествие по Америке ночую не в придорожном мотеле. Бросив свои вещи в спальне на втором этаже, я спустился в столовую, где к ужину подавали салат с холодной рыбой. Салат был выращен на приусадебном участке, а рыба – выловлена в собственном пруду. А на первое был рыбный суп с кошерными хлебцами наподобие тех, которые на Пейсах едят в еврейских общинах или армяне продают в магазинах Сакраменто. Практически вся еда здесь на 100% органическая.

Во что верятславянские амиши”

После ужина за чашкой чая Евгений кратко объясняет мне основы веры переселенцев.

Во-первых, русскоязычные полещуки Среднего Запада свято чтят каноны евангельской веры, читая при этом Библию в Синодальном переводе Русской православной церкви. Протестанты также говорят на иных языках и соблюдают субботу, не едят мясо и держатся подальше от государства, властей, национальных корпораций и правоохранительных органов. Кстати, церковь “Дом Божий” в некоторой мере сотрудничает с расположенным рядом ребцентром “Новая Жизнь”, устроителем которого является Сергей Мативосян из Санкт-Петербурга. О нём я расскажу в своём следующем посте.

По теме: Бог усмотрит Сакраменто

Несмотря на некоторую архаичность в вопросах воспитания детей и восприятия этого мира, Евгений не чурается инноваций и новых технологий (с помощью интернета мужчина освоил даже видеосъемку и монтаж и с тех пор снимает свадьбы всем своим землякам!). Но у него и его жены нет смартфонов и даже обычных мобильных телефонов. Если требуется куда-либо позвонить, они пользуются проводными телефонами.

Независимость от энергетических гигантов и три урожая в год

“А зачем нам они?” – вполне искренне вопрошает семейная чета.

Впрочем, дети поселенцев стараются не отставать от цивилизованного мира – многие из них работают в грузоперевозках либо в местной сфере строительства.

Наутро Евгений показал мне небольшой пруд, где он разводит рыбу, и “мельницу”, с помощью которой он надеется запитать электричеством весь дом. Благодаря работе этого двухметрового устройства, по словам самоучки-механизатора, можно получать до 5 киловатт-часов энергии в сутки, что сделает наших амишей практически независимыми от государства и энергетических концернов. Рядом с мельницей дожидается своего часа “солнечная печка”, которую Евгений пытается собрать из спутниковой тарелки и сотен небольших осколков зеркал.

Более того, на своём огороде Евгений внедрил “принцип тёплой грядки”, который помогает избавляться от сорняков и дает по два или даже три урожая в год:

Всего в селе “славянских амишей” проживает около 500 семей; и да, здесь тоже читают SlavicSac.com!

После утреннего обхода теплиц и другого хозяйства мы преклонили колени; Евгений благословил меня и отпустил в путь. Из села славянских амишей я выехал, направляясь на север по трассе 60 в сторону Кабула, а затем через Kанзас, Колорадо и Юту двинулся дальше на Запад.

Руслан Гуржий, SlavicSac.com