В 33 штатах приняты законы, обязывающие школьные округа вводить запреты на использование мобильных телефонов в классах (с 1-го по 12-й класс). Большинство таких запретов распространяется на весь учебный день.

В конце марта суд признал гигантов социальных сетей — компании Meta и YouTube — причастными к формированию зависимости от соцсетей среди молодежи. Дети и молодые люди проводят в телефонах в среднем 5,5 часов в день; во многом это обусловлено активным использованием социальных сетей.

На еженедельном брифинге ACoM 3 апреля участники дискуссии обсудили преимущества запретов на использование мобильных телефонов, сопоставляя их с потенциалом социальных сетей в плане укрепления социальных связей, творческого самовыражения и доступа к сообществам поддержки.  

Результаты исследования о запрете на телефоны в школах

“Существуют разные виды запретов. Наиболее распространённый — «от звонка до звонка», который наиболее эффективно снижает отвлекающие факторы. Есть и другие модели: запрет только во время уроков (с возможностью пользоваться телефоном на переменах или в столовой), целевые ограничения (например, во время экзаменов или на отдельных занятиях), а также гибкие модели, при которых школы сами выбирают подходящий формат,” — сказал доктор Тимоти Прессли, доцент психологии в Университете Кристофера Ньюпорта, совместно с доктором Дэвидом Маршаллом они подготовили обзор существующих исследований о влиянии запретов на мобильные телефоны «Запрет смартфонов в школах», в котором рассмотрели работы со всего мира. 

“Пока таких исследований немного, и наши знания по этой теме всё ещё формируются — требуется больше данных. Мы изучали влияние запретов в трёх областях: академические результаты, психическое здоровье и поведение/вовлечённость. Что касается учебных результатов, исследования в целом показывают улучшение, особенно среди учащихся с низкой успеваемостью и из социально уязвимых групп. Однако не все исследования фиксируют рост в первый год. Например, во Флориде улучшений сначала не было, но на второй год они появились.,” — рассказал Прессли о результатах исследования.

“В области психического здоровья результаты противоречивы. Одно исследование в Австралии показало снижение уровня травли, но не выявило изменений в тревожности или депрессии. Аналогичные результаты получены в Великобритании, Швеции и Испании. Поэтому сделать однозначные выводы сложно — в том числе из-за различий в реализации запретов и потому, что вне школы подростки всё равно пользуются телефонами.”

Среди положительных результатов в поведении и вовлечённости доктор Прессли отметил меньше нарушений дисциплины, выше концентрация, улучшение взаимодействие между учениками. “Например, в Нью-Йорке зафиксирован рост примерно на 50% участия в внеклассных мероприятиях и спортивных событиях,” — подчеркнул он. “Тем не менее, есть и опасения. Родители беспокоятся о возможности связаться с детьми в экстренных ситуациях или для решения повседневных вопросов, например, как ребёнок доберётся домой. Некоторые ученики испытывают тревожность из-за разлуки с телефоном. Также возникают вопросы о справедливости и последовательности применения правил. Учителя, в свою очередь, отмечают, что иногда телефоны используются в образовательных целях — например, если школьный интернет не работает.”

“В исследовании мы также дали рекомендации. Важно вовлекать в обсуждение учеников, родителей, учителей и администрацию. Нужно чётко определить цели запрета — академические, поведенческие или социальные. Школы должны поддерживать учителей, обеспечивать ясные правила, объяснять исключения и последствия нарушений, а также добиваться последовательного применения политики,” — заявил доктор Прессли.

Практические результаты запрета использования телефонов 

“Суть проблемы проста: телефоны отвлекают. Исследования показывают, что 95% подростков имеют доступ к смартфону, и большинство признаёт, что пользуется им больше, чем хотелось бы. Это действительно проблема. Часто в школах попытки решить проблему не дают результата, если не все согласны, что она существует. В нашем кейсе ситуация была иной,” — сказал доктор Дэвид Маршалл, доцент по образовательным исследованиям кафедры образовательных основ, лидерства и технологий в Обернском университете. Доктор Маршалл начинал карьеру как учитель средней и старшей школы.

“Существуют разные типы ограничений: точечные, только на время уроков и полный запрет «от звонка до звонка». Наше исследование посвящено школьному округу в Вирджинии, где летом 2024 года губернатор подписал указ, обязывающий школы разработать план полного запрета телефонов с 1 января 2025 года. Это дало нам уникальную возможность изучить политику заранее. Осенью 2024 года мы сотрудничали с округом, чтобы оценить её эффективность. В выбранном округе ученикам разрешалось иметь телефон при себе, но он должен был быть выключен и убран в течение всего учебного дня. Это помогало решать логистические вопросы: после окончания занятий ученик мог сразу связаться с родителями.”

“Мы сосредоточились на опыте учителей, так как именно они реализуют политику на практике. Мы провели опросы среди преподавателей до введения запрета и спустя три месяца после. До внедрения 84% учителей поддерживали запрет, а 76% считали телефоны серьёзным отвлекающим фактором. Это означало, что все участники признавали проблему. Основные опасения касались недостаточной поддержки со стороны администрации и возможного сопротивления со стороны родителей и учеников. Через три месяца после внедрения учителя сообщили о значительном снижении отвлекающих факторов. Более того, субъективная нагрузка на учителей уменьшилась — не потому, что задач стало меньше, а потому что они тратили меньше времени на дисциплину. Также они отметили рост живого общения между учениками: в столовых стало шумнее, больше разговоров в коридорах и после школы,” — рассказал Маршалл о том, что говорят учителя о запрете на использование телефонов.

“Однако был и проблемный момент: снизилось ощущение поддержки со стороны коллег. Это произошло из-за непоследовательного соблюдения правил — некоторые учителя позволяли пользоваться телефонами в конце урока. Это подорвало доверие внутри коллектива. Таким образом, ключевой вывод — важна единообразная реализация политики. При этом 78% учителей продолжали поддерживать запрет спустя три месяца. Среди трудностей отмечались первоначальное сопротивление учеников и различия в применении правил. Важно, что во всех школах была сильная поддержка со стороны администрации, что сыграло решающую роль.”

“В целом, политика показала эффективность в достижении краткосрочных целей: снизились отвлечения, улучшилось взаимодействие. Однако многое зависит от лидерства, коммуникации и последовательности внедрения,” — подчеркнул он. 

“Запрет на использование телефонов — это не универсальное решение. Но он может улучшить концентрацию, вовлечённость и социальные навыки. Например, в одном исследовании в Нью-Йорке после введения полного запрета выросло участие в внеклассных мероприятиях и даже посещаемость школьных спортивных событий примерно на 50%. Ученики стали чаще выбирать живое общение даже вне школьных часов,” — заявил доктор Маршалл.

Отвечая на вопросы журналистов о том, как готовить учеников к цифровому миру? Он подчеркнул, что в этом есть противоречие. “С одной стороны, мы ограничиваем телефоны, с другой — должны обучать цифровой грамотности и работе с технологиями, включая ИИ. При этом во многих школах уже действует модель «один ученик — одно устройство», и ученики используют компьютеры или планшеты. Проблема в том, что телефоны дают постоянный доступ к социальным сетям, что усложняет ситуацию. Раньше подросткам приходилось справляться только с реальной жизнью, теперь добавляется цифровая. Есть примеры, когда частичные запреты не решали проблему: ученики продолжали пользоваться телефонами на переменах, и онлайн-конфликты переносились в школу. Полный запрет помог снизить такие случаи. Таким образом, запрет — не панацея, но он может помочь справиться с конкретными проблемами, одновременно оставляя открытым вопрос о балансе между ограничениями и подготовкой к цифровому будущему”.

Что говорят ученики о запрете телефонов в школе?

Школа Granada Hills Charter School в Южной Калифорнии. Я задам Кай три вопроса, после чего перейдём к вопросам от журналистов. У нас также есть ещё один студент — Николас Торрес из Хьюстона. Кай, на предварительном брифинге ты сказала, что зависима от телефона. Можешь рассказать об этом подробнее?

“Думаю, я действительно зависима от телефона. Я просыпаюсь и сразу проверяю экран, потому что это как будто вознаграждает мой мозг, даёт всплеск дофамина. Я выросла в семье, где родители довольно строгие. Из-за роста преступности многие подростки, как и я, ощущают, что телефон и технологии — это их главный способ общения. Так было во время ковида и остаётся сейчас: через телефон я общаюсь с друзьями, делаю школьные проекты. Соцсети специально устроены так, чтобы удерживать внимание — алгоритмы TikTok или Instagram показывают контент, который тебе нравится, и это затягивает. Зависимость — это не только про наркотики, это про повторяющееся поведение, даже если ты понимаешь, что оно вредно. У меня ухудшилось зрение, выросла зависимость от телефона. Родители не разрешают часто выходить на улицу, в отличие от их детства, поэтому телефон — это основное средство связи. Они тоже постоянно проверяют, где я, пишут сообщения. Я их понимаю. В итоге зависимость есть и у детей, и у родителей — это взаимосвязано,” — поделилась Кай Томпсон Бур, ученица выпускного класса Granada Hills Charter School в Южной Калифорнии, главный редактор школьной газеты.

“В соцсетях есть идеализированные стандарты, особенно для женщин. Но я думаю, что соцсети не создают их с нуля, а усиливают. Алгоритмы продвигают «конвенционально привлекательные» образы. Это может усиливать неуверенность и приводить к таким проблемам, как дисморфия тела. Но важно учитывать культурный контекст: стандарты красоты различаются, например, в западной культуре — стройность и светлая кожа, а в некоторых азиатских культурах — другие предпочтения,” — она отметила, как соцсети и приложения влияют на восприятие внешности.

В то же время Кай Томпсон Бур простив запрета телефонов. “С точки зрения психологии, чрезмерная строгость неэффективна. Есть выражение: «строгие родители воспитывают хитрых детей». Лучше разрешать использование телефонов, но с чёткими правилами и последствиями. Тогда формируется доверие и ответственность. Полные запреты дают краткосрочный эффект — ученики всё равно находят обходные пути”.

“У нас школа строгая, телефоны нельзя держать даже в кармане. Но ученики всё равно находят способы пользоваться ими тайно. Я думаю, многое зависит от атмосферы в классе. Учителя, которые создают доверительную и интересную среду, получают больше вовлечённости и меньше использования телефонов,” — поделилась она. “Строгие запреты не работают. Лучше — разумные ограничения, объяснение последствий и развитие самостоятельной ответственности. Телефоны не создают проблемы, а усиливают уже существующие привычки.”

“Я против запрета телефонов. Телефоны нужны как инструмент — для заданий, приложений, связи. И в экстренных ситуациях лучше иметь телефон при себе,” — согласился Николас Торрес, выпускник старшей школы из Хьюстона, Техас. “Мы играем — иногда в одиночку, иногда с друзьями. Мне кажется, парни меньше общаются напрямую, поэтому игры — способ взаимодействия. Иногда телефон — как лучший друг: YouTube, фильмы. Но он также помогает общаться — переписка, групповые чаты, обмен видео.

Рассказывая о своем последнем годе в школе, когда ввели запрет на телефоны, Торрес признался, что этот запрет “почти никак не повлиял” на него. “Запрет был нестрогим, у нас были школьные ноутбуки, и мы иногда даже играли на них. Телефоны тоже использовали — например, слушали музыку”. В то же время он подчеркнул, что лучше убирать телефон на уроках, сосредоточиться на учёбе, а потом уже пользоваться телефоном.

Елена Кузнецова, Slavic Sacramento | American Community Media Services

ПО ТЕМЕ