Новый вариант Омикрона набирает обороты: возвращаемся ли мы в будущее?

104

Вариант BA.2 набирает силу, на него приходится более 50% новых случаев заражения в Нью-Йорке и Новой Англии и почти 35% в Калифорнии и других местах. 

Очередной брифинг EMS был посвящен следующим вопросам:

1) Насколько опасен BA.2 по сравнению с Омикроном и Дельтой?

2) Какие группы населения наиболее подвержены риску заражения, госпитализации и смерти?

3) Должны ли мы вернуться к масочным мандатам?

4) Смягчит ли призыв сделать второй бустер для тех, кому за 50, последствия варианта BA.2?

5) Как насчет детей, особенно до 5 лет, которые еще не могут привиться?

На эти и другие вопросы ответили доктор Маниша Ньюаскар, детский пульмонолог, Stanford Children’s Health, доктор Дали Фан, клинический профессор медицинских наук, Калифорнийский университет в Дэвисе, доктор Дэниел Тернер-Льоверас, соучредитель Коалиции латиноамериканцев против Covid-19 и врач-добровольец по обучению и расширению возможностей вакцины против Covid-19 и доктор Бен Нойман, профессор биологии и главный вирусолог Глобального здравоохранения (Исследовательский комплекс, Техасский университет A&M).

Доктор Бен Нойман сказал, что вероятнее всего, BA.2 и Омикрон исходили от человека, который по каким-то причинам не вакцинировался. И это то, что могло произойти в Африке… 

“Когда мы вакцинируем людей, мы можем предотвратить это,” – заявил он.

По словам доктора Ноймана, Гонконг и Китай очень сильно пострадали от Omicron и BA.2. Мы наблюдаем всплески по всей Европе. Многие опасения по поводу вакцин были связаны с тем, что они не работают против некоторых других вариантов. Это указывает на четкий путь вперед, который заключается в создании большего количества вакцин, которые могут быть более эффективными.

Он также пояснил, что иммунитет, который вырабатывается после заболевания или после прививки, является временным. “У него есть окно, и он похож на маленький таймер для яиц, и он отсчитывает один тик за раз, пока вы не потеряете защиту.”  “Вакцинация — это единственное, что можно сделать. Идея о том, что у детей или кого-то еще будет иммунитет достаточно сильнаый, чтобы справиться с COVID, но почему-то настолько хрупкий, что он сломается под действием вакцины, должна быть одной из самых странных вещей, которые я когда-либо слышал с научной точки зрения,” – заявил доктор Нойман.

Доктор Дали Фан со своей стороны добавил, что вакцинированные более защищены, а непривитые наиболее уязвимы. Чем больше количество случаев заболевания в сообществе, тем выше уязвимость каждого.

Он отметил, что если посмотреть на израильские данные, то видно, что вторая бустерная вакцина с четвертой дозой мРНК-вакцины является защитной. Для группы в возрасте 60 лет и старше все еще присутствует значительное снижение заражений – на 78%.

“Если вам от 50 до 64 лет, у вас есть несколько сопутствующих заболеваний или частые профессиональные воздействия, и вы имеете право на ревакцинацию, я думаю, что это очень хорошая идея,” – сказал доктор Дали Фан.

Детский пульмонолог в Stanford Children’s Health, доктор Маниша Ньюаскар рассказала, что в сообществе все еще происходят некоторые инфекции у детей, но определенно не в такой степени, как наблюдались в период с января по февраль. Но что будет дальше, неизвестно, и нужно быть готовыми.

Она отметила, что есть и другие уязвимые группы населения: дети с ослабленным иммунитетом, проходящие курс химиотерапии или страдающие некоторыми другими видами заболеваний, ожирением или неконтролируемой астмой, у которых не может сформироваться иммунный ответ. Это пациенты, которые пострадали от COVID больше всего.

“Дети в наши дни очень осторожны. Они усвоили то, чему мы все научились во время этой пандемии: мы должны быть гибкими. Поэтому они понимают, что сейчас хорошо, что им не нужно носить маску, и они наслаждаются временем без масок, но они также понимают, что могут быть варианты или новые волны, и это может измениться,” – добавила доктор Маниша Ньюаскар.

Доктор Дэниел Тернер-Льоверас рассказал, что латиноамериканское население приняло на себя основную тяжесть этой пандемии. Латиноамериканцы составляют 40% населения Калифорнии, но у 70% подтверждена инфекция COVID, 44% выздоровели. 

Напротив, белые нелатиноамериканцы составляют 36% населения штата, 24% подтвержденных случаев и 34% смертей от COVID. Аналогичные различия существуют и в прививках: в штате только 64% ​​латиноамериканцев получили хотя бы одну вакцину от COVID, среди нелатиноамериканского белого населения эта цифра составляет 74%.

По его словам, “цифры не полные, когда мы смотрим на показатели вакцинации в местах содержания под стражей ICE. Тем не менее, мы знаем, что во многих из этих учреждений процент отказов достигает 30-40%. Когда мы рассмотрели, почему они отказывались, то причинной этому было то, что им некому было задавать вопросы.”

“Поскольку федеральное финансирование тестирования на COVID, лечения и вакцинации сокращается, латиноамериканцы, вероятно, увидят, что и без того несправедливая ситуация ухудшится по сравнению прошлым. Правовой статус никогда не должен использоваться для исключения иммигрантов из помощи, особенно если учесть всех незарегистрированных основных работников, которые поддерживают повседневную деятельность в течение последних двух лет пандемии. Нам необходимо разработать систему здравоохранения, которая ставит справедливость в отношении здоровья на первое место,” – убежден доктор Дэниел Тернер-Льоверас. 

Елена Кузнецова, SlavicSac.com