Ксения Кириллова: Путинская картина мира

Фото: Kremlin.ru

В конце августа Владимир Путин заявил, что Россия по просьбе Лукашенко сформировала резерв из сотрудников правоохранительных органов, который может быть задействован в случае беспорядков. Кремль полностью признал итоги белорусских выборов и анонсировал визит Лукашенко в Москву в ближайшие две недели. Похоже, что Путин решил поддержать белорусского диктатора вопреки решению западных стран. Еще одним поводом для ухудшения отношений между Россией и Западом стало подтверждение отравления ведущего российского оппозиционного политика Алексея Навального ядом «Новичок». 

Однако похоже, что российский лидер не обеспокоен новым витком обострения отношений. Отчасти причины такого отношения были сформулированы канцлером Германии Ангелой Меркель еще в 2014 году, когда она заявила, что «Владимир Путин живет в другой реальности». Если попытаться проанализировать основные столпы, на которых основано это искажение реальности, можно сделать вывод, что российский лидер, равно как и большинство в его окружении, исходит из определенных постулатов, которые полагает статичными и безусловными.

Эти постулаты превратились в некие «аксиомы», присущие «чекистскому» сознанию еще со времен Советского Союза, и сохранившиеся до сих пор. В их отношении выходцы из КГБ не признают ни естественной динамики, ни причинно-следственных связей этих явлений с поведением самой Москвы. Поняв эти аксиомы и специфику их восприятия, можно понять истоки политики современной России и ее непримиримости по отношению к Западу.

1. Безусловный враг. В чекистском сознании таким врагом является «главный противник» – Соединенные Штаты. Более того, по мнению путинских элит, конечная цель США одна – во что бы то ни стало уничтожить Россию. Эту мысль неоднократно озвучивал и близкий соратник Путина, бывший разведчик Владимир Якунин, и военные аналитики-американисты, и кремлевские политологи. Сам Владимир Путин в силу занимаемой должности не может выражаться столь радикально, однако его многочисленные оправдания своих действий тем, что у него «не было иного выхода» свидетельствуют о том, что он разделяет мнение своих советников. 

Этот ключевой постулат объясняет как агрессивное вмешательство России в дела Соединенных Штатов, так и неспособность Кремля отказаться от этой тактики несмотря на крайне негативную реакцию Вашингтона и обилие санкций в ответ. В самом деле, если принять за аксиому, что «Америка мечтает уничтожить Россию» при любом раскладе, независимо от действий самой Москвы, это оправдывает любые агрессивные действия Кремля. «Если бы не мы, это сделало бы НАТО», «Как бы мы себя ни вели, нас все равно обвинят», «Против России ведется война» – эти установки позволяют представить любое «активное мероприятие» России против Запада как вынужденный акт самозащиты. В результате данный ложный постулат превращается в самоисполняющееся пророчество. Если враг безусловен и неумолим, с ним невозможно договориться, а значит, его можно только победить. 

На самом же деле, именно Россия своими действиями превращает Соединенные Штаты в такого рода врага. Это не означает, что без вторжения в Украину, вмешательства в американские выборы, убийств политических оппонентов и других «брутальных» действий Москвы соперничества между двумя странами не возникло бы. Безусловно, у всех стран существуют свои интересы, экономическая и политическая конкуренция за рынки и сферы влияния и так далее. Однако цели, формы и степень такого противостояния были бы принципиально иными. Интересы России и Соединенных Штатов могут естественным образом сталкиваться в разных областях, однако в нормальных условиях это не превращается в войну на уничтожение. 

США не пытались уничтожить Россию в момент ее высшей слабости – в 90-е годы, более того, не препятствовали росту благосостояния россиян, возникшему за счет роста нефтяных цен в «нулевые», уже при Владимире Путине. Более того, все это время западный мир прекрасно уживался с путинским режимом, позволял российским олигархам и криминалитету отмывать деньги в своих банках, и даже там, где возникало естественное геополитическое противостояние, не переходил определенных границ. Нынешний уровень напряженности стал возможен именно потому, что первым эти границы начал переходить Кремль.

2. Люди как объекты. В чекистском сознании люди и нации предстают не как субъекты, а как объекты воздействия, не обладающие собственной волей. Отсюда следует и соответствующее отношение к подобным объектам: их можно подкупить, запугать, в конце концов, устранить. При таком подходе отдельные люди, страны и целые народы автоматически превращаются в безликие сущности, которыми можно играть в мифическом казино. 

Отсюда вытекает непонимание Путиным и его окружением стихийных процессов, которые являются следствием собственных желаний людей и их естественных реакций на внешние события. Это не значит, что чекисты не способны понимать любые виды процессов – напротив, они прекрасно ориентируются в мире игр и манипуляций, и весьма успешно способны влиять и на отдельных людей, и на определенные общественные группы, направляя их энергию в нужное для себя русло. Однако оборотной стороной такого сознания становится восприятие любых процессов как следствия некого стороннего воздействия, что вполне логично вытекает из приведенного выше тезиса: если объект не обладает собственной волей, он не может действовать иначе, как в результате влияния извне. 

Именно поэтому в чекистском сознании любая серьезная активность воспринимается как результат спецоперации, совершаемой по чьему-то приказу и на чьи-то деньги. За любыми процессами сразу же начинается поиск невидимого «куратора», а сам факт, что определенные процессы могут стать результатом стихийного народного протеста, принципов и самостоятельной деятельности людей, просто отсутствует в чекистской картине мира. Вспомним, как Владимир Путин еще в 2011 году обвинял США в провоцировании протестов в России, что полностью согласуется как с восприятием собственных граждан в качестве объектов, так и с отношением к Америке как к безусловному врагу. 

Следствием такого конспирологического сознания является неспособность Москвы просчитать естественные реакции людей и понять динамику стихийных процессов, в том числе необратимых. К примеру, Кремль не смог просчитать реакции украинского общества на развязанную им войну или реакцию американского истеблишмента на вмешательство в президентские выборы, равно как и не способен был предугадать всполохи народного недовольства в самой России. Еще одним последствием подобного мышления становится неспособность Москвы договориться с Западом, так как любое проявление прозападных устремлений на постсоветском пространстве Кремль воспринимает как иностранное вмешательство, и начинает требовать у западных стран невозможного: «вернуть» другие народы в сферу российского влияния вопреки желанию этих народов. 

3. Логика крепостного права. Этот постулат логически вытекает из предыдущего, и его можно сформулировать одной фразой: «Все, что когда-либо было Россией, должно ею оставаться». Именно поэтому субъектом статьи российского Уголовного кодекса «Государственная измена» является сегодня не только секретоноситель, но и любой человек, оказавшей в том числе консультационную помощь представителям иностранной или международной организации (включая обычных домохозяек и продавщиц). Человек, родившийся в России, «принадлежит земле» так же, как когда-то в 19-м веке ее принадлежностью считались крепостные крестьяне. Он уже не может выбрать для себя другую страну или просто занять другую сторону, и вообще не имеет права выбора идентичности и самоопределения.

Та же модель реализуется и по отношению к целым регионам и народам, которым российские власти упорно отказывают в возможности самоопределения – в первую очередь к Украине и другими постсоветскими республиками. На данной установке основаны и аннексия Крыма, и другие реваншистские тенденции Кремля, включая территориальные претензии Путина к постсоветским государствам, прямо озвученные им в июне этого года. С точки зрения российских властей, все, что когда-либо было частью Российской империи или Советского Союза, а также сферой российского влияния, должно неминуемо вернуться в эту сферу. При этом мнение людей, населяющих данные территории, совершенно не волнует ни Путина, ни его окружение, поскольку с точки зрения крепостного права, они являются лишь приложением к земле, и, как мы уже выяснили, воспринимаются как объекты, не имеющие свободной воли и легко поддающиеся манипуляциям.

Понимание этих трех постулатов позволяет объяснить всю внешнюю и внутреннюю политику России, включая как победы, так и поражения. Кремлю действительно удаются точечные операции, сутью которых является манипулятивное воздействие на конкретные объекты – будь то подкуп западных политиков, вербовка шпионов или дестабилизация обстановки. Однако неспособность понять естественной эволюции народного сознания, феномена подлинного гражданского общества и причинно-следственных связей между своим поведением и реакцией на него приводит к гораздо более серьезным провалам. И пока спецслужбы заняты поиском заговоров и «кураторов», общественные процессы развиваются по совсем иным, непонятным для них законам, на которые Кремль уже не способен повлиять.

АвторКсения Кириллова (Kseniya Kirillova) – журналист-расследователь и аналитик, специализируется на анализе   тенденций в российском обществе, механизма действия российской   пропаганды (в том числе в Соединенных  Штатах), «мягкой силы»,  «активных  мероприятий» и внешней политики.  Автор нескольких сотен  англоязычных  статей, в том числе исследований для таких аналитических  центров, как  Atlantic Council, Stratfor,  Jamestown Foundation, проекта  The Integrity  Initiative Британского    института государственного  управления  (Institute for Statecraft);   сайта,  посвященного  внутренней  безопасности США (Homeland Security Today US) и других.  Автор нескольких  служб Радио Свобода (RFE/RL).

Оригинал публикацииThe Three Pillars That GovernPutin’s Mindset | Русская версия: Geopolitical Think