Обращение депутата ЛДПР Михаила Дегтярева к МИД России с просьбой разъяснить статус земель бывшего русского поселения Форт-Росс в Калифорнии вызвало насмешку, однако история этих земель оказывается куда более сложной, чем кажется на первый взгляд.
Форт-Росс — деревянная крепость, основанная в 1812 году Российско-американской компанией для промысла пушниной и снабжения Аляски. Поселение располагалось примерно в 80 километрах к северу от Сан-Франциско и включало земли вдоль побережья, порт Румянцев и несколько крупных сельскохозяйственных поселений, таких как Костромитиновское, Черных и Хлебниковские равнины.
Вопреки мнению о том, что эти земли были убыточными, исторические источники показывают успешное хозяйство: здесь разводили крупный рогатый скот, лошадей и овец, выращивали пшеницу, овощи и фрукты. Работали ветряные мельницы, молотилки, кирпичные заводы, а на верфи строились корабли. Русские колонисты поддерживали хорошие отношения с местными индейцами, которые даже помогали защищать Форт-Росс от попыток захвата со стороны испанцев. Население поселения превышало 250 человек и включало русских, якутов, алеутов и индейцев; за время существования колонии не было вооружённых конфликтов между её жителями.
Французский мореплаватель Кирил-Пьер-Теодор Лаплас, посетивший Форт-Росс в 1839 году, отмечал высокий уровень сельскохозяйственного производства: хлевы с коровами, риги с зерном и картофелем, откормленные свиньи, овцы, куры, гуси и утки. Все это свидетельствовало о том, что колония успешно снабжала северо-западные владения России продовольствием.
Тем не менее в официальных документах Форт-Росс фигурировал как убыточный, что стало основанием для обращения Главного правления Российско-американской компании к Петербургу с ходатайством о закрытии крепости. При этом реальные доходы колонии — около 18 тысяч рублей ежегодно — в официальных бумагах были сильно занижены.
Продажа Форта-Росс была оформлена швейцарскому авантюристу с мексиканским паспортом Джону Саттеру (Иоганн Август Зуттер) за 30 тысяч пиастров с рассрочкой на четыре года. По свидетельствам государственного инспектора Головина, Саттер выплатил лишь часть суммы и остался должен основную сумму — 37,5 тысяч рублей. Сделка позже не была признана мексиканскими властями, которые передали территорию Мануэлю Торресу, а после присоединения Калифорнии к США земли перешли к американцу Джорджу Коллу, а затем — штату Калифорния.
Таким образом, по мнению автора статьи, договор XIX века так и не был выполнен покупателем, а последующие сделки по перепродаже и разделению земель были оформлены с нарушением первоначальных условий, что ставит под сомнение законность американского владения территорией бывшей русской колонии.
